Rodina.by – Белорусские авторы. Книги, Рассказы, Стихи…

Авторы, новинки, описание, комментарии…



Роман: «Налог за счастье». Глава 9.

Сентябрь 30, 2011 Автор: radzimaby Рубрика: Роман, Светлана Чарная

«Так почему ж за все столетия

Землян как будто не сроднило?

Хотя бы это одиночество –

Его связующая сила»

Н. Доризо

Единственный свободный столик в самой гуще кафе как по заказу будто бы ждал Полину и Валерия. Хотя из-за громкой музыки и  табачного «фимиама» поговорить по душам было невозможно. То что  происходило на сцене скорее походило на танец марионеток, которых кто-то дергал за невидимые ниточки.

Полине было здесь неинтересно и бессмысленно. Она вспомнила как когда-то смотрела один фантастический фильм о существах, называемых отарками. У них было прекрасное логически-абстрактное мышление. Они могли сами без калькулятора производить  сложнейшие вычисления. Так же отарки были абсолютно практичными, но бездушными существами. Большинство тех, которые сидят в кафе, и тех, кто танцует на сцене танцы марионеток именно такими кажутся Полине.

- Мадам, я угадал ваше первое желание – поскорей покончить с десертом и поскорее выбраться к морскому бризу.

- Правильно угадал. Только и там стадо народу и везде тупизм.

- Мадам, не будем так жестко-откровенны. Во –первых, я Вашу откровенность выслушал еще  на корабле, а во-вторых, Вы – часть сего многоуважаемого стада. Пошли охладим  жаркие мысли в холодной воде.

Огни набережной светили в спины…

- Слушай, Поля,  я успел заметить, что ты состоишь из одних крайностей. Зачем ты за всех отвечаешь что мы разучились? Ты со всеми людьми жила, ты знаешь кто что разучился?  И еще мужиков подключила … Ты была абсолютно со всеми мужиками? Ты абсолютно счастливых людей видела?  Ты знаешь что было раньше и как?  Солнце мое, даже зайцам свойственно менять цвет шубы, а хамелеонам – окраску, если им угрожает опасность.

А в нас есть инстинкт самосохранения. Ты обожествляешь доперестроечное время, а я его ненавижу! Молчи. Да, я его ненавижу. Ты знаешь что такое «черный воронок», который приезжает преимущественно ночью и увозит кого-то из  твоих родных навсегда? А потом, постепенно, являться за всеми остальными? Как гигантский спрут, он пускает щупальца, до тех пор, пока не уничтожит всю родню. Я всю свою жизнь проработал историком.

Может, это не мужская профессия, совершенно не денежная, и я пошел туда с одной целью – разобраться. Разобраться за что же уничтожили моего деда,  за  что же сгноили моего отца, примерного и честного колхозника. Он, по словам моей матери, и украл-то всего ничего- пару колосков с колхозного поля, чтобы поддержать заболевшую жену – мою мать, меня и моего брата. Мы видели врагов в чужих. А свои были не просто враги, а хуже зверей. Их и надо было бы судить похлеще Нюрнбергского процесса, похлеще, чем гитлеровских главарей.